Малина, кислая вишня, клубника, земля, зелёные травы, мел и тонкая дрожжевая нотка – нос плотный и аутентичный для Кадарки. Во вкусе вино сочное и фруктовое, с приятным весом во рту, кислотность высокая, танины средние и пыльные. В финале длинный след вишни и землистость. После декантации букет раскрывается шире.
Это интересно
Лозы 1880 года – тот самый виноградник, который дал название бутылке, – пережили филлоксеру конца XIX века благодаря песчаным почвам Суботицы: тля в песке не выживает. Поэтому корни здесь собственные, без американского подвоя, и это редкость для европейской кадарки. Большинство современных лоз сорта – привитые после филлоксерной катастрофы.
Лозы здесь живут не рядами на шпалере, а отдельными кустами. Между ними – фруктовые деревья: абрикосы, сливы, груши. Получается смешанная посадка, как в крестьянских хозяйствах Паннонской низменности до индустриализации виноделия. Современные агрономы такое не любят – трудно обрабатывать техникой. Но у Маурера техники и нет, только руки и лошади.
Урожайность с этих лоз – около 15 гектолитров с гектара, втрое ниже средней по сорту. Возраст и песок дают мало ягод, но зато плотных и концентрированных. Каждая бутылка «Kadarka 1880» – примерно килограмм винограда с куста, которому 145 лет.
Ароматика
Ароматика: 3/5
Тело
Тело: 2/5
Танины
Танины: 2/5
Кислотность
Кислотность: 4/5
Фанки
Так мы называем «спецэффекты» в натуральном вине: животные нотки, рассол, комбуча. Низкий уровень – почти классика. Высокий – вино очень необычное.Фанки: 2/5
Оскар Маурер – винодел в четвёртом поколении. Вином занялся в 1994-м, всерьёз – с 2003-го, когда построил погреб и расширил виноградники. Фанат The Clash и хранитель старейших лоз кадарки в мире. Его вина стоят в мишленовских ресторанах Европы, а его самого называют рок-звездой сербского натурального виноделия.
Оскар работает с виноградом, который больше почти никто не выращивает: кадарка, бакатор, мезеш фехер, кёвидинка, сремска зеленика. Многие из этих сортов были на грани полного исчезновения. Он не просто их сохраняет – он отбирает лучшие клоны, размножает, высаживает на заброшенных исторических участках. Когда начинал делать бакатор, шутил: «Я делаю лучший и худший бакатор в мире» – потому что других производителей просто не было.