В аромате тёмная вишня, спелая слива и ежевика, тонкая корица и едва уловимая кедровая смола. Во вкусе вино лёгкое и слегка покалывающее язык, с небольшой фанки ноткой и пряной горчинкой. Кислотность бодрая, танины едва замечены, тело почти прозрачное. Финал радует продолжительностью, вишней и специями.
Это интересно
Фрушка-Гора – единственный горный остров посреди плоской паннонской равнины, и десять миллионов лет назад это был буквально остров: всё вокруг занимало Паннонское море. Виноградники Sagmeister стоят на этих бывших морских отложениях – сланец, мергель, известняк, доломит, песок, галька и паннонская глина под ногами. Самый верхний слой – лёсс, тонкая жёлтая пыль, надутая ветром уже после того, как море ушло.
Местами в почве так много железа, что это меняет вкус вина: кислотность становится плотнее и сложнее, чем у соседей на обычном лёссе. Виноделы здесь говорят про «железную линию» в финале – это редкая вещь для Сербии, и Кадарке она идёт особенно хорошо: добавляет вину каркас, без которого сорт часто расплывается.
Хребет зажат между двумя реками: на севере Дунай, на юге Сава. Они работают как два климатических демпфера – летом охлаждают склоны, зимой не дают температуре провалиться. Получается микроклимат, которого нет больше нигде в Сербии: достаточно тепла для красного винограда и достаточно прохлады, чтобы он не сгорал к августу.
Фрушка-Гора – главное место сбора трюфелей в Сербии. Трюфели не растут где попало – им нужна чистая известняковая почва, старый лес и стабильная влажность. Тот же набор условий, который делает виноградники Sagmeister одними из самых необычных адресов на сербской винной карте.
Ароматика
Ароматика: 3/5
Тело
Тело: 2/5
Танины
Танины: 2/5
Кислотность
Кислотность: 4/5
Фанки
Так мы называем «спецэффекты» в натуральном вине: животные нотки, рассол, комбуча. Низкий уровень – почти классика. Высокий – вино очень необычное.Фанки: 1/5
Эрно Сагмайстер живет в сербской Канижи – небольшом городке у венгерской границы. Учился на инженера-строителя, преподавал математику, а в начале нулевых вспомнил детский опыт виноделия с дедом и спустился в свой подвал. Уже потом в 2008-м купил три виноградника на Фрушке, и до сих пор ездит туда через всю Воеводину.
Работает по органике и биодинамике, но сертификат принципиально не берёт: называет себя анархистом и не верит сертифицирующим органам. Терруар для Эрно – «послание от Бога»: услышав его, можно посадить правильный сорт. Он внёс Кадарку в Реестр признанных сортов Сербии и вернул на Фрушка-Гору выкорчеванные в XX веке Furmint и Hárslevelü. Этикетки рисует его жена Лаура, художница-абстракционистка: они встретились в Будапеште в девяностых, куда уехали из Воеводины во время войны.